Режиссер с парой лишних глаз – так называют себя знаменитые бельгийские кино-деятели братья Дарденн. Когда-то они начали с документального кино, потом решили добавить к реальности щепотки вымысла, в результате чего получились довольно интересные плоды. Имя одного из них: Розетта – картина о бедной девушке, которая одержима поиском американской мечты. Она хочет стабильную работу, хочет нормальное жилье – но в глубине души Розетта будто понимает, что ей не суждено подняться по социальной лестнице. Подобно загнанному ягненку, она пытается сбежать от судьбы-волка, но хищник слишком быстро настигает свою жертву, и тогда ягненку ничего не остается, как пускать в ход самые коварные уловки – и это есть, пожалуй, самый главный резонанс, ступор в который вводят режиссеры зрителя. Вид утопающей вызывает у нас сильные чувства сострадания и жажду помощи, однако, при первой же протянутой руке, готовой вытащить её на сушу, розетта врезает в нее нож. Вот на что готов пойти ягненок, он скажет волку: «Зачем тебе есть меня? Я знаю, где мои родители, тогда ты сможешь насытиться вдвойне». Отчаянная жизнь приводит главную героиню к предательству. Её детские речи о том, что всё у нее будет хорошо, что она не пойдет по накатанной дорожке не оказывают должного влияния. У ягненка вырастают рожки черта, и вот мы уже не знаем, сострадать или ненавидеть.

С одной стороны возникает чувство несправедливости – то самое чувство, которое теребит душу при прочтении пьес Артура Миллера, при просмотре «Похитителей велосипедов». Герои становятся жертвами их социального положения, они действуют согласно «практичности», и никто не может их осуждать. С другой стороны сложно понять увлечение Розетты вафлями. Бельгия – кондитерская страна, это ни для кого не секрет, и не зря режиссеры отправляют её торговать сладостями. Однако хочется верить, что вафлями работа в Бельгии не ограничивается. Реальность говорит нам, что что-то тут неладное. Желающий засунул бы нос во все места ради того, чтобы заработать на жизнь, но Розетта благоволит своему идефиксу. Этот сценарный ход мог бы сильно обидеть Жана Вальжана беглого каторжника, который поднялся до мэра города, впрочем, данная черта, наоборот напоминает нам, что это художественное кино, а не документалистика.

Художественность подкрепляется развязкой печальной истории ягненка. Согрешив, героиня уже не может жить как прежде. Ее постоянно преследует гул мотора – это её жертва, друг, безмолвно пытается мстить и воззвать к совести. В конце Розетта, подобно Иисусу, который нёс свой крест, несет газовый баллон. Рядом кружит линчеватель. Тяжесть баллона становится невыносимой, как и груз на душе. Она сдаётся. Слезы прощения вырываются на волю. Кажется, что линчеватель был готов преследовать Розетту до конца своих дней, но и он не в силах устоять перед её страданиями. Слезы – знак того, что жизненный урок был усвоен.

Крупные планы, хаотичная камера, как при документальной съемке, плюс оригинальный сценарий и огромная работа кино-команды дали начало новой псевдо-реалистичной волне в кино, волне, которая полностью захлестнула творчество именитых режиссеров.