У старых голливудских актрис отличная грудь. Интуиция Дуэйна Скалы круче интуиции Виктора Логинова. Семья – главная ценность. Где тонко, там и рвется. В современном модном фильме «Разлом Сан-Андреас» один из этих постулатов служит ключевой идеей. Какой? Выбирайте сами.

С первых кадров «Сан-Андреаса» понятно, что через полтора часа, проведенных в мягком кресле кинотеатра, в вашей копилке знаний, кроме парочки мудрых высказываний Скалы, ничего не прибавится:

— Мы — не команда, мы – семья.
— Во время землетрясения нужно встать возле того объекта, который на вас не обрушится.
— От этого зависит наша жизнь.

«Сан-Андреас» как будто пытается с помощью тухленькой и невзрачной визуальной стороны, а также примитивных и скучных диалогов достучаться до души зрителя. Эпизоды, перенасыщенные чувствами, типа: «Папа, я люблю тебя!», «Мама, папа, вы лучше всех!», навевают воспоминания о «Войне миров» Спилберга, где Том Круз положил свой железобетонный болт на все человечество, и занялся спасением дочки. Прошло десять лет и Скала решился повторить трюк нестареющего мужа Кидман, но вышло, по меньшей мере, бредово. Он, кстати, играет спасателя, разбивающего вертолет во время каждой операции. Жена подала на развод и мутит с богатеньким архитектором, потому что Дуэйн сильно изменился после смерти первой дочери. Оставшаяся дочка стремительно повзрослела, с отцом общаться перестала, что неудивительно, ведь её играет дама 29 лет отроду. Соответственно, по фильму Скала с Женой стали родителями в 13 лет. Короче говоря, однажды случилось землетрясение, и китайский студент, который его обнаружил и в этой же сцене погиб героической смертью, за секунду до кончины прокричал спасенной им девочке: «Закрой глаза! Закрой глаза!» И ведь не соврал проказник! Если закрыть глаза, «Разлом Сан-Андреас» становиться в 7 раз интереснее. Дальше сюжет заставит Дуэйна Джонсона лететь спасать жену, потом вспомнить про дочку, брошенную гадким отчимом, простить жену, объединить семейные силы и рвануть вперед к восстановлению картины «Пама, мама, я».

Бессмысленно критиковать прокатное кино за однотипность историй, пока зрители готовы платить за фильмы-катастрофы со счастливым финалом, за боевики, в которых один мужик избивает сотню других мужиков и спасает красивую цыпочку, со стороны продюсеров глупо отодвигать кормушку и нанимать для каждого блокбастера сценаристов уровня Чарли Кауфмана. Поэтому поругаться хотелось бы на иное, на кинематографическую чистоту. Очень давно в статье о «Забегаловке» мы уже публиковали полноразмерные замечания по поводу текстовых ремарок, которых в «Сан-Андреасе» валом. Второй неприятный момент – флешбэки. Художественный прием, указывающий на отсутствие вкуса у режиссера. Конечно, у адекватных постановщиков есть чутье, куда нужно влепить флешбэк. Например, Глейзер в «Рождении» поместил его перед самым финалом, тем самым, заставив смотрящих хорошенько напрячь память, чтобы вспомнить предшествующие события фильма, а Бред Пейтон лупит вставки из прошлого прям на диалог об этом самом прошлом. Только Скала начинает заикаться, что у него утонула дочь, как мы уже созерцаем пускающую пузыри девочку. А представьте, если бы этот эпизод был вклеен в начало, перед самыми тирами, тогда во время горьких раскаяний Джонсона зал бы оживился, осознав, каким значимым моментом были кадры, открывшие фильм.

В целом, «Разлом Сан-Андреас» смело можно назвать безвкусной мазней. Выискивая достоинства этого фильма (не нашел), я обнаружил, что дочку Скалы сыграла женщина-струна, которой я пользуюсь в течении последних двух лет. Как неожиданно и приятно!