Кино-панк

Чудище приходил, дом ломал: «Монстро»

Карантин, который многим уже кажется бесконечным – повод вспомнить еще один качественный фильм-катастрофу. Мария Михайлова рассказывает о «Монстро» — картине, которая наглядно показывает, как нужно превращать разрушительный экшн в умное и глубокое кино.

«Монстро» — это талантливое сочетание узнаваемого и оригинального. Из хорошо известного и понятного любому, наверное, зрителю: концепт «чудовище на Манхэттене», отсылки к 11 сентября, история любви среди всеобщего разрушения. Оригинально в фильме то, как именно подаются привычные образы и рассматриваются поставленные проблемы.

Кадр из фильма «Монстро»

Кадр из фильма «Монстро»

Сам монстр в фильме показан куда более пугающим и уродливым, чем Годзилла или Кинг-Конг. Это по-настоящему инопланетное создание. Омерзительное и очень страшное оно не только из-за своего внешнего вида, но и потому, что совершенно непонятно, каким законам биологии оно подчиняется и подчиняется ли вообще, неизвестно, зачем оно пришло в город, есть ли у него цель или хотя бы уязвимое место. Даже несмотря на то, что у зрителя будет шанс рассмотреть чудовище вблизи, он не получит ответов, и, скорее всего, действительно почувствует страх. Режиссер Мэтт Ривз стремился показать зрителю что-то, что он не сможет понять и осознать, что-то иррациональное и потому пугающее. Страх перед неизвестностью и непонимание того, как бороться с новой угрозой – вот как понимает «Монстро» настоящие глобальные катастрофы. Эта мысль не раз подтверждала свою точность: хотя бы сейчас, на примере коронавируса.

Кадр из фильма «Монстро»

Кадр из фильма «Монстро»

Картина отсылает к 11 сентября не только через разрушаемость города и намеренно показанную хрупкость небоскребов – очень эффектно смотрится сцена с накренившейся башней, куда забираются герои в поисках Бетт. Главная отсылка к крупнейшей трагедии в истории современного Нью-Йорка – сам стиль съемки. Повествование ведется от первого лица, героя, который чувствует себя обязанным заснять все происходящее, чтобы оставить потомкам документальное наследие. Важно, что этот самый герой – не слишком приятный, глуповатый и некрасивый парень. Негативное впечатление, которое он оставляет от себя зрителю – и есть то самое авторское высказывание на тему. Режиссер явно и вместе с тем изящно высмеивает всем знакомый типаж зевак с телефонами и камерами, которые, вместо того, чтобы помогать другим или хотя бы действовать организованно и спасаться самому, озабочены только тем, чтобы снять «уникальный контент». В трагедии 11 сентября такие зеваки с камерами особенно явно проявили себя. Но режиссер вновь постарался не привязываться к отсылке и развернуть свою мысль до более универсальной формы – и у него это, конечно, получилось.

Кадр из фильма «Монстро»

Кадр из фильма «Монстро»

Но, конечно, самое важное в этой картине – любовь. В данном случае это более чем правильно — поставить фокус на таком мощном чувстве, которое вместе с тем абстрактно и находится как бы на высоте над всеми остальными страстями, бедами и даже смертью. Любовная линия в «Монстро» — не часть повествования и не побочная линия, а главная фабула произведения. Здесь тоже есть символизм, который можно понимать по-разному и видеть в разных деталях, таких, как спасение принцессы из башни (небоскреба). В определенный момент зритель догадывается, что сам мир начинает рушиться потому, что два человека, которые должны были быть вместе, по какой-то причине сглупили и попытались избежать судьбы. Весь коллапс, который происходит вокруг героев – то ли кара богов, то ли сломавшийся механизм судьбы. Важно одно: герои совершают ошибку и их задача – исправить ее, вне зависимости от того, какие для них будут последствия.

Кадр из фильма «Монстро»

Кадр из фильма «Монстро»

Картина, несмотря на свой простой и довольно массовый жанр, доверху заполнена детальными образами и символами. Все они выглядят в кадре ненавязчиво – в основном из-за типа съемки «с рук». Вместе с тем так они становятся даже сильнее и выразительнее, поскольку зритель воспринимает их не как постановку, а как действительные знаки из реальности. Один из самых наглядных примеров – карета с белой лошадью без извозчика. Это комбинированный символ: белая лошадь часто олицетворяет в искусстве смерть, а в сочетании с пустой каретой она превращается в перевозчика душ. Все это ожидаемо выглядит каким-то нереальным на фоне пустых и темных улиц Нью-Йорка – и это ощущение «другого мира» только усиливает образ.

Таким получился «Монстро» — гармоничным кино с аккуратным подходом к съемкам, историям и отсылкам. Возможно, это один из самых удачных фильмов про апокалипсис в Нью-Йорке, и уж точно – идеальный пример того, как можно сочетать умное кино и массовый, легкий жанр.

Реклама на «Кино-Панк»

© 2014-2020 Кино-Панк

КОНТАКТЫ    

Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор). Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС 77 - 74308 от 23.11.2018